Новая Эллада, ироническая поэма, черные стихи Новиковского

Вконец устав, сменив устав на тихий и спокойный нрав,
невольник чести и поста, я пал от раны.
А в пашнях шумная страда, дымит молва, летят дрова,
в кармане теплится трава и та - отрава.
Охрана выставила пост, сменила кость на горный тост,
начальник выдал папирос и снял оковы.
Дельфийский мост репьем зарос, на теле раны от заноз
и с купоросом под откос летят вагоны.

Не то что бы совсем я скис, но с Моно Лизою каприз
в плену страстей и кипарис искусно скучен.
Пифон повержен в реку Стикс, как обещал старик Феспис,
но мой победный обелиск был ликом круче.
Седой равниною томим, себе бредя в пустыни Нимф,
как вездесущий Херувим, гляжу я в оба.
Когда-то я совсем другим был в этих странствиях любим,
душой раним, слезой томим, всё верил в Бога.

Но Боги канули в веках, и что Аллах на небесах
грозил псалмами на стихах – всего лишь миф,
и будь ты суперский монах, бесстрашен дух, тяжелый взмах,
муры читатель, на понтах - ты просто лжив.

Летаю выше горных птиц, и ликом принц, и чувством чист,
а на ресницах от зарниц засохли тучи.
Гром колесниц закрытых лиц, страницы веера десниц
и лишь царицу из темницы Дельфы пучит.
Амур витает по волнам, на небеси возносят храм,
бальзам страстей, но доставать стаканы рано.
Все при делах, всё по делам и воскурить бы фимиам,
что наша жизнь – всего лишь грамм, или два грамма.

И что мне делать, господа, когда вокруг Борей-среда,
и хитрожопая среда приходит в среду?
Когда окончится еда, Морфей сойдет в нескучный Ад
и Немезиду навсегда сгноят от бреда?
Летят года, течет вода, и брей – не брей, но борода
растет себе, как и тогда в года застоя.
Пылают Нимфы от стыда и Вакхи пьют до живота,
как в Трое, тут одна беда, - среда запоя.

Тут все равны, себе вольны, при жизни были и больны,
но тут от статности цены взросли помпезно.
И грустно в час, когда гробы из темной жизнии видны,
земные чудятся костры, и даже бесы.
Война меня превознесла, спасла, как дочь того посла,
с кем я, практически вассал, спал там в низине.
Но ранен, из того числа, которых память в небеса
на крыльях Эроса везла, как на дрезине.

Теперь мужаюсь и не ржу, нашел себе тут госпожу,
хожу, бухаю и сижу, не всё так плохо.
Тут всё как там, я так скажу, на булках тоже тут кунжут,
здесь классно даже и ежу, если не лох он.
Фелира, дочь из дочерей, душой, как Крон, почти иудей,
на лире звонких упырей себя спалила
и мне бы было веселей, глядя на стадо лошадей,
Кентавр если бы сменил лицо на рыло.

Но Боги канули в веках, и что Аллах на небесах
грозил псалмами на стихах – всего лишь миф,
и будь ты суперский монах, бесстрашен дух, тяжёлый взмах,
муры читатель, на понтах - ты просто лжив.



Максим Новиковский
К данному произведению следует относиться с огромной долей иронии, как к литературному произведению с вымышленными персонажами, совпадения с которыми считаются всего лишь совпадением и не больше, ничего не преследуют, и ни к чему не призывают.
При использовании любых материалов ссылка на этот сайт обязательна - http://novikovski.livejournal.com/

Добавить в друзья и подписаться на мой журнал можно тут:
Мой фейсбук / Мой в контакте / Мой инстаграм / Мой твиттер / Мой блогер / Мой гугл / Мой фотографер / Мой Расфокус / Мой ЮТУБ